На удивление, за своё долгое существование это домовладение оставило не
очень значительный след в истории города. От середины ХІХ в., когда оно
возникло, и вплоть до 1930-х гг. большую часть участка занимал обширный
сад, посаженый ещё первыми владельцами. В 1880-х гг. этот сад площадью
в 910 саж.2 принадлежал Курдюмову. Известно это только благодаря тому,
что он попал в перечень крупнейших частных садов Екатеринослава,
выполненный И. Акинфиевым. Но Акинфиев только зафиксировал его
существование, не дав более детальных сведений о времени возникновения
и составе. Позднее сад перешёл во владение Афанасенко и получил
полицейский номер: улица Полевая, 10.
К 1917 г. сад Афанасенко оставался уже единственным крупным садом в
этом районе города. Причина его сохранности достаточно проста.
Рыбаковская канава (река), вытекающая из Рыбаковской же балки и
пересекающая улицы и кварталы района, зацепила и этот участок. Причём
именно зацепила. Если бы она протекала по его территории, то особых
проблем это бы не вызвало. Владелец участка выстроил бы за свой счёт
коллектор, а появившиеся в результате этого строительства
дополнительные сажени земли оформил в Городской управе. Беда была в
том, что Рыбаковская текла по улицам перед участком и только на самом
углу Полевой и Скаковой протекала непосредственно по его территории.
При такой топографии построить на участке крупный дом было невозможно,
а строить коллектор за свой счёт — нецелесообразно. Оставалось только
ждать пока до строительства коллектора дойдут руки у городских властей.
Руки властей дотянулись до этого района только в середине 1930-х гг.,
когда на Рыбаковской канаве был выстроен коллектор, носящий и по сей
день название «Запорожский». Надо заметить, что Рыбаковская балка была
переименована в Запорожскую ещё в 1910-х гг., а имя Войцеховича
получила только после войны, но переименовать коллектор власти то ли
забыли, то ли не решились. После строительства коллектора бывший
участок Афанасенко по улице, которая в это время носила название МОПРа
(Международная Организация Помощи Рабочим), стал необычайно
привлекателен для строительства нового жилого дома. Кошмар застройщиков
тех лет — процент отселения здесь практически отсутствовал. Такое
предложение не могло не заинтересовать основных инвесторов в жилое
строительство, которыми тогда были крупнейшие предприятия города.
Неизвестно дошло ли в этом случае до серьёзного конфликта между
заинтересованными сторонами, но участок под застройку получило, без
сомнения, самое влиятельное предприятие Днепропетровска 1930-х гг. —
Сталинская железная дорога.
В строительстве этого здания поражает редкостная тишина, с которой оно
осуществлялось. В отличие от других крупных объектов эпохи, здание до
сих пор не имеет ни точной даты постройки, ни авторства. Удалось лишь
установить, что I-я очередь здания была закончена в конце 1937 — начале
1938 г. Но что представляла собой эта I-я очередь (всё современное
здание или только несколько блоков), установить не удалось. Как не
удалось обнаружить и проекта всего здания. Авторство дома также
остаётся неизвестным. Только по некоторым характерным приёмам в
композиции и декоре здания его можно причислить к работам Бориса
Кащенко, но такой метод «опознания» никогда не был достаточно точным,
особенно если речь идёт о зданиях, построенных в русле общестилевых
тенденций.
Несмотря на скромность появления, дом был выстроен отменный.
Композиция, стиль и планировочные решения здания характерны для
переходного этапа советской архитектуры, на котором при соблюдении
форм, принципов построения объемов и социальной насыщенности
конструктивизма в декоре зданий использовались элементы заново
осваиваемого классического наследия. Существующая и по сей день
общественная терраса-пергола на крыше в это время уже являлась для
многоквартирного жилого дома социальным пережитком, характерным для
домов-коммун и общественных зданий предыдущей эпохи. От своих
предшественников дом получил и западающий угол и общую композиция.
Вместе с тем декор — рустовка, многочисленные карнизы и обрамление
проемов, решение первого этажа как гигантского цоколя, использование
пилястр, уже достаточно явно относится к будущему неоклассицизму.
В 1938 г. в здании уже размещается аптека №78 (в 1936 г. находилась на
ул.Рабочей) и магазин №50 городского Пищеторга (вновь открытый).
Кстати, создание торговых помещений в новых жилых домах также являлось
совершенно новым веянием. Городские и област-ные власти буквально
заставляли предприятия выделять для этих целей часть помещений первого
этажа.
В 1941-43 гг. дом серьёзно не пострадал. В послевоенный период здесь
размещались 1-я продовольственная база детского питания Кировского
Пищеторга (затем Детская подбаза Кировского продторга), архив
областного ЗАГСа (до 1972 г.) и магазин (с 1970-х гг. магазин №19
Горкоопторга).
Валентин СТАРОСТИН,
начальник информационного центра МГО «Інститут Україніки»
